# Парижский синдром

> Когда город не совпадает с открыткой — и как смотреть на него глазами фланёра

Журнал «Среди книг», № 22 «Париж» · Сейчас · 3 мин чтения
Адрес: https://litj.org/22/seychas/

*Прогулка · 5 минут*

В 1980-е годы японский психиатр Хироаки Ота, работавший во Франции, заметил странную закономерность. К нему приходили японские туристы и молодые люди, приехавшие пожить в Париже, с тревогой, бессонницей, подавленностью, а иногда и с более тяжёлыми расстройствами. Причина у всех была похожая: Париж оказался не таким, каким они его представляли. Ота назвал это состояние парижским синдромом.

### Город из открыток

Чего они ждали? Того же, чего ждём все мы. Романтического города, где все красиво одеты, вежливо говорят, пьют кофе на залитых солнцем террасах, а за каждым углом — сцена из фильма. А встречали они обычный огромный город: толпы в метро, нетерпеливых официантов, мусор, шум, карманников у музеев.

Заметим, что разочаровывает не Париж, а разрыв между ним и его образом. Чем сильнее образ, тем больнее столкновение. А у Парижа образ, пожалуй, самый сильный в мире.

### Кто построил этот образ

Его строили веками — и литература строила его первой. Карамзин в 1790 году радовался Парижу ещё до того, как что-нибудь увидел. Бальзак и Гюго, Дюма и Мопассан, Хемингуэй и Ремарк населили его героями, которых мы знаем лучше, чем соседей. Потом пришли художники, кино, реклама духов. Сегодня образ достраивают сериалы и социальные сети.

В 2019 году жители маленькой улицы Кремьё, застроенной разноцветными домиками, попросили городские власти закрывать её по выходным. Каждый день сюда приходили сотни людей, чтобы сфотографироваться на фоне ярких фасадов, — и мешали жить тем, кто здесь живёт. Улица стала декорацией для чужих картинок.

### Башня, которую ненавидели

Но у этой истории есть и обратная сторона. Образ города рождается не сразу, и сначала он часто вызывает протест. В 1887 году, когда только начали строить Эйфелеву башню, группа знаменитых писателей и художников опубликовала протест против «бесполезной и чудовищной» башни. Среди подписавших был Ги де Мопассан. Про него рассказывают, что потом он нарочно обедал в ресторане на башне: это единственное место в Париже, откуда её не видно.

Прошло сто с лишним лет, и башня, которую считали уродством, стала главным символом города. Заметим, что Париж разочаровывал и восхищал задолго до нас — и часто одних и тех же людей.

### Как не разочароваться

Литература подсказывает и противоядие. У французов есть слово «фланёр» — неторопливый городской гуляка, который бродит без цели и смотрит по сторонам. Поэт Шарль Бодлер сделал фланёра героем своей эпохи. Фланёр не ищет открыточных видов. Он замечает то, чего нет на открытках: старого букиниста, кошку на подоконнике, вывеску, которой сто лет.

Может быть, в этом и есть рецепт. Не пытаться увидеть Париж из книг — он всё равно окажется другим. А читать живой город, как читают новую книгу: медленно, без готовых ожиданий, с карандашом на полях.

Какой город — или какое место — оказался для вас совсем не таким, как вы ждали?