Союз

Родственников не выбирают, коллег назначают, соседей посылает судьба. Друзей человек выбирает сам. Поэтому дружба, может быть, самый свободный из человеческих союзов: в нём нет ни закона, ни договора, ни расчёта, только взаимное согласие быть рядом.

Русская литература знает об этом союзе удивительно много. Её золотой век начался с дружбы мальчиков, которые шесть лет прожили бок о бок в Царскосельском лицее. Один из них, Пушкин, всю жизнь отмечал день основания Лицея, 19 октября, и писал к этому дню стихи. Его друзья ушли на Сенатскую площадь, в Сибирь, на службу и в могилы, а он продолжал считать их своей семьёй. А ещё через несколько лет двое московских мальчиков, Герцен и Огарёв, поклялись друг другу в верности на Воробьёвых горах и пронесли эту клятву через всю жизнь.

Этот номер — о дружбе как выборе. Как дружили два века назад? Чем дружба отличалась от родства и от службы? Что значило назвать друга братом, писать ему стихи, ехать к нему в ссылку, хранить его тайну? И что осталось от этой дружбы в мире, где «друзьями» называют всех, кто нажал на кнопку?

Есть у этого номера и личная причина. Книжный клуб — тоже союз. Люди, которые раз в месяц собираются, чтобы поговорить о книге, постепенно становятся друг другу чем-то большим, чем собеседники. Нам хочется, чтобы такие союзы появлялись вокруг журнала. Пока мы только готовимся к ним, но клубный лист этого номера можно взять и уже сейчас устроить свой вечер — например, 19 октября.

Кого вы назвали бы своим первым другом?

Редакция «Среди книг»