Как сделан «Ворон»

В январе 1845 года нью-йоркская газета напечатала стихотворение Эдгара Аллана По, тогда ещё не знаменитого поэта. Полночь, декабрь, одинокий человек дремлет над старинными книгами и тоскует по умершей возлюбленной Леноре. В дверь стучат. В комнату влетает ворон, садится на бюст Паллады над дверью и на все вопросы отвечает одним словом: «Nevermore» — «никогда». Через несколько недель стихотворение знала вся Америка.

Задача с ответом

Через год По напечатал эссе «Философия творчества», где рассказал, как был написан «Ворон». Он уверял, что в стихотворении нет ни одной случайной детали, а работа шла шаг за шагом, с точностью и строгой последовательностью математической задачи.

Сначала он определил длину: стихотворение должно читаться за один присест, значит, около ста строк. Потом выбрал тон — печаль, самый законный, по его словам, тон поэзии. Затем понадобился припев из одного слова, звучного и долгого, с протяжным «о» и раскатистым «р». Так появилось «Nevermore». Кто может бесконечно повторять одно слово, не понимая его смысла? Сначала По подумал о попугае, но сразу заменил его вороном — птицей дурного предзнаменования. Самым печальным предметом на свете он назвал смерть прекрасной женщины, а лучше всего о ней может рассказать тот, кто её потерял.

Даже обстановка рассчитана. Действие заперто в одной комнате, чтобы внимание не рассеивалось. За окном буря — для контраста с тишиной внутри. Чёрный ворон садится на белый мрамор бюста. А сама Паллада, богиня мудрости, уместна в комнате учёного. И писать всё это По, по его словам, начал с конца — с самой страшной строфы, к которой должно вести всё остальное.

Правда или мистификация?

Многие исследователи сомневаются, что всё было именно так. По любил розыгрыши: за год до «Ворона» он напечатал в газете историю о перелёте через Атлантику на воздушном шаре, и читатели ей поверили. Возможно, и «Философия творчества» — объяснение, придуманное задним числом.

Но главное в ней правда: страх можно построить. Это не только вдохновение, но и ремесло — выбор звука, места, времени, детали. В России «Ворона» переводили десятки раз — Мережковский, Бальмонт, Брюсов и многие другие, — и каждый переводчик заново решал задачу По: каким словом заменить «Nevermore», чтобы оно звучало так же неотвратимо.

От По до Хичкока

Через сто с лишним лет режиссёр Альфред Хичкок объяснял разницу между неожиданностью и напряжением. Если под столом, за которым разговаривают герои, вдруг взрывается бомба, зритель вздрогнет на секунду. Если же зритель заранее знает, что бомба там и взорвётся в час дня, а часы на стене показывают без четверти час, каждая минута самого скучного разговора станет мучительной.

По сделал то же самое с одним словом. Читатель скоро понимает, что ворон знает только «никогда». И с ужасом ждёт, когда герой сам задаст вопрос, на который этот ответ прозвучит страшнее всего: встретит ли он Ленору хотя бы на небесах.

Какая книга или фильм напугали вас сильнее всего — и как, по-вашему, это было сделано?