Письма не о любви

В 1922 году литературовед и писатель Виктор Шкловский бежал из Советской России. Ему грозил арест за прошлое участие в партии эсеров. Через Финляндию он добрался до Берлина. А там влюбился.

Запрет

Её звали Эльза Триоле. Она была младшей сестрой Лили Брик, возлюбленной Маяковского, жила в Берлине и не собиралась отвечать Шкловскому взаимностью. Но она позволила ему писать ей письма — с одним условием: не писать о любви.

Шкловский согласился. И написал книгу. «Zoo, или Письма не о любви» вышла в Берлине в 1923 году. Название — от берлинского района у Зоологического сада, где оба жили. В книге около тридцати писем, и почти все они — о чём угодно, кроме любви. О Берлине, о русских эмигрантах, об автомобилях и о теории прозы, о Белом и Ремизове, о холоде и бедности. Героиню Шкловский называет Алей.

Любовь, о которой нельзя

Заметим, как удивительно устроена эта книга. Запрет на любовь не убивает её, а наоборот, делает видимой во всём. Когда человеку нельзя говорить о главном, он говорит обо всём остальном — и всё остальное начинает светиться главным. Берлинский трамвай, витрина, обезьяна в зоопарке — всё в этих письмах на самом деле о любви. Мы уже видели в номере «Письма», как переписка становится литературой. Здесь письмо становится литературой именно потому, что в нём есть пустое место.

Аля иногда отвечает — её короткие письма тоже вошли в книгу. Она просит не писать так много, жалуется на скуку, бывает насмешлива и нежна.

Я поднимаю руку

Последнее письмо книги адресовано не Але. Оно обращено к советскому правительству. Шкловский пишет, что не может жить в Берлине, что весь его быт, все его навыки связаны с Россией, и просит позволить ему вернуться. «Я поднимаю руку и сдаюсь», — пишет он. Разрешение было получено, и осенью 1923 года Шкловский вернулся в Россию.

Что было потом

Эльза Триоле стала французской писательницей, женой поэта Луи Арагона и первой женщиной, получившей Гонкуровскую премию. Шкловский прожил долгую жизнь в Советском Союзе и стал одним из самых известных литературоведов века. А «Zoo» осталось одной из самых нежных и странных книг о любви — книгой, где о любви не сказано почти ни слова.

О чём вы говорили с человеком, когда не могли сказать главного?