Голос в цеху

Попробуем представить себе табачную фабрику на Кубе во второй половине XIX века. Длинный зал, ряды столов, за которыми сотни рабочих скручивают сигары. Работа однообразная, руки заняты, голова свободна. И над всем этим, на возвышении, сидит человек с книгой и читает вслух.

Лектор

Эта традиция возникла на Кубе в 1865 году и сохранилась до наших дней. Рабочие сами выбирали чтеца и сами платили ему из своего заработка. Утром он читал газеты, после обеда — романы. Рабочие слушали Дюма, Гюго, Сервантеса, а потом спорили о прочитанном. Говорят, одна из самых знаменитых марок кубинских сигар, «Монтекристо», получила своё название в честь романа Дюма «Граф Монте-Кристо», который особенно любили слушать в цехах.

Заметим, что произошло. Люди, многие из которых не умели читать, получили доступ ко всей мировой литературе. Чтение вслух оказалось способом сделать книгу общей. И, как это часто бывает с общими книгами, они стали опасны для власти: чтецы читали и политические газеты, и в истории кубинских и американских табачных фабрик чтецы не раз оказывались связаны с забастовками.

Писатель читает сам

В XIX веке чтение вслух было обычным домашним занятием. Вечерами в семьях читали романы, по главе в день, все вместе. Многие книги того времени и писались с расчётом на такое чтение: с яркими сценами, с остановками в самом интересном месте.

А некоторые писатели сами были замечательными чтецами. Чарльз Диккенс в последние двенадцать лет жизни, с 1858 по 1870 год, давал публичные чтения своих романов в Англии и Америке. Залы были переполнены, слушатели плакали и смеялись. Диккенс играл всех персонажей, менял голоса, и эти выступления так его выматывали, что, по мнению многих, приблизили его смерть.

Пушкин читает «Годунова»

В России одна из самых знаменитых сцен чтения произошла в Москве осенью 1826 года. Пушкин, только что освобождённый из ссылки, читал друзьям свою трагедию «Борис Годунов». Слушатели вспоминали, что сначала все сидели тихо, потом начали переглядываться, а к концу чтения вскочили с мест, обнимали автора, кто-то плакал. Это было не просто чтение, а событие, которое участники помнили всю жизнь.

А Гоголь однажды прочитал Пушкину первые главы «Мёртвых душ». Пушкин, который обычно смеялся над гоголевскими страницами, становился всё мрачнее и в конце сказал: «Боже, как грустна наша Россия!» Так рассказывал сам Гоголь.

Голос и текст

Почему чтение вслух так сильно действует? Потому что голос добавляет к тексту то, чего в нём нет: интонацию, паузу, дыхание, присутствие живого человека. Книга перестаёт быть вещью и становится встречей. Мы помним, кто читал нам в детстве, и голос этого человека навсегда остаётся частью книги.

Кто читал вам вслух в детстве — и чей голос вы слышите, когда перечитываете ту книгу?