Можно рукопись продать

В начале XIX века дворянину было почти неприлично зарабатывать стихами. Стихи писали для друзей, для альбомов, для славы. Брать за них деньги считалось делом ремесленника, а не поэта. Пушкин был одним из первых в России, кто открыто решил жить литературным трудом.

«Я пишу для себя, а печатаю для денег»

Так он сказал в письме князю Вяземскому, другу и поэту. Фраза звучала вызывающе, и Пушкин этого добивался. Он хотел, чтобы поэт не зависел ни от покровителей, ни от службы, ни от милости двора. Независимость стоила денег, и деньги должна была приносить литература.

И она начала их приносить. За поэму «Бахчисарайский фонтан» книгопродавец заплатил Пушкину три тысячи рублей. Это была неслыханная сумма, и современники с удивлением подсчитывали, сколько поэт получил за каждую строку. Позже о петербургском издателе Александре Смирдине, который щедро платил писателям, говорили, что он платит Пушкину по червонцу за стих.

Разговор в прозе

В 1825 году вышла первая глава «Евгения Онегина». Перед ней Пушкин поставил стихотворение «Разговор книгопродавца с поэтом». Поэт говорит о вдохновении, о свободе, о том, что пишет не для толпы. Книгопродавец терпеливо слушает, а потом отвечает знаменитыми строчками: «Не продаётся вдохновенье, / Но можно рукопись продать».

Заметим, чем кончается это стихотворение. Последняя реплика поэта написана уже не стихами, а прозой: «Вы совершенно правы. Вот вам моя рукопись. Условимся». Пока говорят о вдохновении — звучат стихи. Как только дело доходит до договора — начинается проза. Пушкин одной сменой ритма показывает границу между поэзией и рынком. И при этом не осуждает ни того, ни другого: вдохновение остаётся свободным, а рукопись становится товаром.

Долги

И всё же литература не сделала Пушкина богатым. Семья росла, жизнь в столице и при дворе стоила дорого, имения почти не приносили дохода. Пушкин играл в карты и часто проигрывал. В 1836 году он начал издавать журнал «Современник», надеясь поправить дела, но подписчиков оказалось гораздо меньше, чем он рассчитывал.

Когда в январе 1837 года Пушкин умер после дуэли, его долги составляли больше ста тысяч рублей. Николай I распорядился заплатить их из казны, назначил пенсию вдове и детям и приказал издать сочинения поэта в пользу семьи.

Что осталось

Пушкин проиграл как предприниматель, но выиграл главное. Он доказал, что писатель может быть профессионалом — и при этом остаться свободным. После него литературный труд в России стал работой, за которую платят. Достоевский, Чехов, сотни других писателей жили гонорарами, торговались с издателями, считали листы и строчки.

Сегодня, когда авторы получают деньги от подписчиков и читателей напрямую, спор пушкинских героев звучит удивительно свежо. Можно ли продать вдохновение? Нельзя. А рукопись — можно. Вопрос только в том, где проходит граница между ними.

Сколько, по-вашему, должно стоить то, что человек создаёт своим вдохновением?